О неприятностях говорить тяжело и не хочется, но памятный эксцесс к моему огромному сожалению, имел место - и совершенно неожиданно для меня. Прекрасная погода, тепло, около полудня... Я гуляла с Авророй 10 августа между 11 и 12 часами и почти дошла до детской площадки, где она качалась всегда на качелях. До площадки оставалось перейти дорогу и пройти несколько сот метров. Я была на левой стороне дороги, возможно, обернулась направо, глядя на дорогу, точно не помню.

Я почувствовала резкое и невероятно сильное головокружение с потерей равновесия, попытка стоять, держась за ручку коляски, не удалась, и я повалилась на бордюр газона, на котором мужчина косил траву. Он побежал ко мне, и далее прибежали его жена и медик откуда-то тоже. Они втащили коляску на газон, меня прикрыли от солнца, нашли мою записку в сумке и побежали звонить по телефонам. Нашли Алика, он позвонил затем Майе. Я лежу на газоне. Приехала карета скорой. Меня уложили в нее. Появился Алик. Меня повезли в госпиталь в Белмонт, публичный огромный госпиталь, по дороге давали кислород, я была очень бледная, по словам врача.

Меня приняли, сделали анализ крови, кардиограмму, измеряли давление, обследовали реакции. Сняли предположения тяжких повреждений и поставили диагноз «доброкачественное судорожное позиционное головокружение», приехали дети с Авророй и забрали меня домой. Уже дома я поговорила по скайпу – напрасно, надо было ложиться в постель и релаксировать. Я просидела у компьютера, у меня началась нервная дрожь – пришел страх пережитого, я не могла согреться в постели, пока не растерла ноги и усилием не заставила себя отключиться и заснуть, ни о чем не думая. В госпитале у меня не было волнения, как бы стресс затормозил все эмоции.

Безусловно, меня спасла записка в сумочке, где были телефоны и моя фамилия, имя и координаты.

Пока я неслась в госпиталь на амбулансе австралийском, драматизм семейной ситуации был максимален. Алик вез Аврору в коляске домой, оставив машину возле места моего злоключения. У него не было в авто детского сиденья, а без него – сразу штраф. Затем он долго не мог найти Майю – она была на заседании. Когда нашел, она приехала домой и все вместе поехали в госпиталь на двух машинах.

Что меня поразило в этом происшествии – во-первых, исключительное внимание и оперативность незнакомых австралийцев. Я их потом так и не нашла – подойдя к дому через несколько дней, мы с Майей увидели, что дом продан. Майя сделала предположение, что это были работники службы сервиса по подготовке дома к продаже, поскольку мужчина стриг газон возле дома. Мы оставили старания найти их, поскольку это было сопряжено с условностями продажи дома, а в Австралии – это святое… Но они были так искренне взволнованы, и метались с невероятной скоростью, спасая меня. И Аврору они взяли под крыло до приезда Алика, мне сказали, чтобы я не волновалась по этому, довольно-таки  жутковатому для меня обстоятельству. Медицина очень гуманная и квалифицированная. Довезли, делая кардиограмму и измеряя давление. В госпитале опять кардиограмма, общий анализ крови – но врач Томас заканчивал смену, и далее пауза до 14 часов с передачей меня другим врачам, поскольку мой английский не простирался в сторону медицинской тематики. Вызвали срочного переводчика – это оказалась моя знакомая Таня Ц. (как узок мир – когда я читала лекцию в русской общине Ньюкасла, она там была и потом пригласила меня к себе домой с визитом, и я у нее была). И в означенное время Таня приехала, была составлена история болезни, и мы все после этого отправились по домам. Таню Ц. я после этого не видела, госпиталь прислал счет очень быстро, а амбуланс – только через месяц. Мое головокружение встало в копеечку – более 500 австралийских долларов. Причем львиная доля расходной части – именно амбуланс. Мое Альфа-страхование извещено о страховом случае, но реально не ответили на просьбу сообщить о получении первой отсылки чека госпиталя. Так что все страховые дела впереди.  Таков мой страховой случай.

11 августа 2011 г.